Скотоводство и земледелие - Хозяйственный строй и социальная структура гомеровского общества - Гомеровская Греция - История Древней Греции - История

Основу экономической жизни гомеровского общества составляли скотоводство и земледелие. В поэмах часто встречаются упоминания о «тучных» овцах и козах, о «круторогих» волах, «блестящих жиром» свиньях, о конях и «тучных младых кобылицах, жеребятами резвыми гордых».

Аякс с телом Ахилла. Деталь росписи амфоры из Вульчи. 2-я половина VI в. до н.

Аякс с телом Ахилла. Деталь росписи амфоры из Вульчи. 2-я половина VI в. до н. э.

Упоминаются ослы и мулы, которыми пользуются для пахоты. О важной роли скотоводства в экономике гомеровской Греции свидетельствует и то обстоятельство, что скот служил мерилом ценности, заменяя не существовавшие тогда деньги. Так, огромный медный котел на треноге оценивался в 12 волов, «пленная дева» — в 4 вола, золотой доспех — 100 тельцов, медный — в 9 и т. д.

Не меньшее значение имело и земледелие. В качестве основных зерновых культур упоминаются пшеница, ячмень, полба. Обработка поля производилась при помощи волов и мулов. Плуг, как и в более позднее время, был деревянный, довольно примитивный. Он поднимал небольшой пласт земли, поэтому таким плугом приходилось производить троекратную вспашку. Практиковалось удобрение навозом.

Жатва в сцене, изображенной на щите Ахилла, в «Илиаде» описана так: Жали наемники, острыми в дланях серпами блистая. Здесь полосой беспрерывною падают горстни густые, Там перевязчики их в снопы перевязлами вяжут. Три перевязчика ходят за жнущими; сзади их дети, Горстая быстро колосья, один за другими в охапках Вяжущим их подают. («Илиада», XVIII, 551 сл.)

Молотили на гумне, пользуясь для этой цели волами. Затем зерно просеивалось по ветру и размалывалось на ручных мельницах.

Кроме зернового хозяйства развиты были виноградарство, культура оливы, садоводство и огородничество. О существовании нескольких сортов винограда говорят эпитеты «светлое», «темное», применяемые для характеристики вина. Вино хранилось в объемистых глиняных бочках-пифосах, а транспортировалось в мехах или в амфорах. В садах разводились яблони, груши, гранаты, смоковницы, маслины. Население также было хорошо знакомо с рыболовством и охотой.

Однако самое главное заключалось в том, что гомеровское общество было уже знакомо с железом, что открывало широкие перспективы для дальнейшего развития производительных сил. Как уже указывалось, поэт был верен своим приемам архаизирования описываемой им действительности и, по-видимому, вполне сознательно избегал упоминать о железе, предпочитая вместо него назвать бронзу. Тем не менее в тексте «Илиады» встречается до 23, а в тексте «Одиссеи» — до 25 отдельных упоминаний о железе и, как упоминалось выше, в форме метафор («железная душа», «железное терпение», «железное небо»).

Бытование таких метафор, несомненно, свидетельствует об уже достаточно широком распространении железа. Это в полной мере сейчас подтверждается и археологическими данными в виде находок железного оружия и железных орудий труда в погребениях рассматриваемого времени. Наиболее древняя находка железного меча датируется по совокупности археологических признаков XI в. до н. э. Но находок железных предметов Х и особенно IX в. до н. э., притом, безусловно, местной работы, теперь известно уже достаточно много.

Таким образом, хозяйство гомеровского времени далеко ушло от того примитивного уровня, который характерен для хозяйства первобытно-общинного строя. Развитие производительных сил достигло уровня, допускавшего накопление значительных богатств в руках немногих. Эпитеты «знатный» и «богатый» в поэмах почти всегда стоят рядом. Размер богатства главным образом характеризуется количеством скота, обширными кладовыми, полными всяких припасов и добра, убранством дома, числом слуг, качеством оружия и одежды и т. п.; интересно, что в поэмах при этом редко упоминается о сосредоточении в руках богатого человека земельных угодий. Так, например, свинопас Евмей, рассказывающий вернувшемуся на родину Одиссею о богачах Итаки, не упоминает о земле, ограничиваясь лишь перечислением принадлежащих им стад.

Несмотря на то, что в гомеровских поэмах неоднократно упоминается о земле и приводятся сцены из сельскохозяйственной жизни, характер аграрного строя эпохи не вполне ясен. С одной стороны, земли, принадлежащие гомеровским басилеям, именуются «теменами», т. е. тем самым термином, с каким мы встречаемся в пилосских надписях; в них же этим термином обозначаются и земли, полученные «от народа» царем («ванака») и воеводой («равакета»). Следует думать, что и гомеровские басилеи пользовались по отношению к этой земле значительно большими правами, чем рядовые люди. Возделываемые последними земли обозначаются словом «клер» — надел (в буквальном переводе klhroz — «жребий»), земельный участок, который, как показывает сам термин, предоставлялся по жребию. В тексте «Одиссеи», например, содержится и прямое указание на раздел земли: вождь феакиян Навситой «разделил их поля на участки» (VI, 10). В «Илиаде» упоминаются случаи получения отдельными лицами пашен и виноградников, т. е. таких земель, которые до получения их новым владельцем подвергались обработке («Илиада», VI, 193—195; XX, 184). Все эти данные заставляют предполагать существование сельской общины, в которой производились систематические переделы земли. Но с другой стороны, община начинает уже обнаруживать признаки разложения. Наделы становятся, повидимому, неравными. Это вызывает ссоры и распри. В «Илиаде», например, имеется такое место: ...Два человека, соседи, за межи раздорят, Оба с саженью в руках на смежном стоящие поле. Узким пространством делимые, шумно за равенство спорят. («Илиада», XII, 421 сл.)

Одновременно появляются «многонадельные» люди, умевшие получить в пользование сразу несколько участков, а с другой стороны — «люди безнадельные», лишенные наделов (aklhroz). С превращением царской власти в наследственную басилеи стремятся получить свои наделы — теменосы — в частную собственность и свободно ею распоряжаться.

Отсюда можно прийти к заключению, что если в гомеровском обществе еще не утвердился окончательно институт частной собственности на землю, то, во всяком случае, различные формы отношения к земле и неравномерность ее распределения уже налицо, а имея в виду конец этого периода, по-видимому, можно уже говорить и о частной собственности на землю. В этом отношении интересно описание изображенной на щите Ахилла сцены, в которой общинная пашня противопоставляется теменосу. В первом случае: ...Землепашцы Гонят яремных волов, и назад и вперед обращаясь, И всегда, как обратно к концу приближаются нивы, Каждому в руки им кубок вина, веселящего сердце, Муж подает. («Илиада», XVIII, 542)

Во втором случае дается описание жатвы. Жнут наемники под присмотром самого «властелина» (басилея), который «между ними, безмолвно, с палицей в длани, стоит на бразде и душой веселится» («Илиада», XVIII, 550—560).

Свободные люди, вследствие неблагоприятных обстоятельств лишившиеся земли и потому вынужденные искать заработок на чужбине, известны в поэмах под терминами «эрит» (eriuoz) и «фет» (uhz). Последний термин, имеющий более широкое значение, применяется не только к наемнику, но вообще к человеку, лишившемуся своей земли. Условия оплаты труда таких наемников выясняются из следующего места «Одиссеи» — разговора явившегося домой в образе нищего Одиссея с одним из женихов Пенелопы: Странник, ты верно поденщиком будешь согласен наняться В службу мою, чтоб работать за плату хорошую в поле, Рвать для забора терновник, деревья сажать молодые; Круглый бы год получал от меня ты обильную пищу, Всякое нужное платье, для ног надлежащую обувь. («Одиссея», XVIII, 357 сл.)

Таким образом, на крупных земельных участках применяли уже наемный труд. Плата за работу была натуральной и состояла прежде всего в прокорме нанятого на работу и снабжении его одеждой и обувью. Положение наемника было нелегким. Покинув в поисках работы родину, он оказывался совершенно беззащитным, чем широко мог пользоваться наниматель. Вот характерное место из «Илиады», где в споре Посейдона с Аполлоном описан произвол хозяина, присвоившего заработную плату наемника и выгнавшего его из своего дома:

...Лаомедону гордому мы, за условную плату, Целый работали год, и сурово он властвовал нами ................................................................................... Но, когда нам условленной платы желанные Горы Срок принесли, Лаомедон жестокий насильно присвоил Должную плату и нас из пределов с угрозами выслал. Лютый, тебе он грозил оковать и руки и ноги И продать, как раба, на остров чужой и далекий. Нам похвалился обоим отсечь в поругание уши. («Илиада», XXI, 444 сл.)

Фактические условия жизни и работы наемника ставили его в беззащитное положение, иногда мало отличавшееся от положения раба. Как в приведенном примере, хозяин мог совершенно безнаказанно сковать ему руки и ноги и путем продажи в рабство навсегда лишить свободы. В одном месте «Одиссеи» (IV, 642) рабы и феты вместе противопоставляются свободным. Однако такое противопоставление свидетельствует не только о приниженном положении фетов, но и об отсутствии столь характерной для более позднего периода резкой грани между рабами и свободными.

      Смотрите также

      Внутренняя борьба в Спарте и других греческих государствах
      Спарта в начале V в. до н. э. вела упорную борьбу с Аргосом. Энергичному спартанскому царю Клеомену удалось нанести Аргосу сокрушительный удар. Окрыленный этим успехом Клеомен, отказавший в свое в ...

      Филака
      В долине полноводного Гальмира, по низким берегам которого паслись необозримые стада овец и коров, находился в древности небольшой город Филака, носивший имя своего основателя. От Климены, дочери ...

      Аттика
      Аттика имела форму треугольника, основание которого прилегало к Беотии, а две стороны омывались с востока и запада морем. Это — один из самых засушливых районов Греции. Летом афинская равнина была ...