Примирение - Троя и троянская воина - Мифы и легенды Древней Греции - Мифы

Едва из волн Океана выступила Эос в одеяниях цвета шафрана, чтобы пробудить от сна и богов и смертных, к стану ахейцев с дарами Гефеста примчалась Фетида.

Застав Ахилла склоненным над телом любимого друга, богиня сказала:

— Сын мой, взгляни, какие дары посылает тебе Гефест с пожеланием победы.

И сложила на землю щит, и поножи, и шлем, и панцирь. Медь загремела, как голос утробный, и разбежались в испуге мирмидоняне, даже взглянуть не решившись на великое чудо.

Словно два факела, грозно сверкнули из-под ресниц глаза Ахилла. Сердце его исполнилось ратным рвением. Подняв с земли оружие и насытив душу зрелищем божественного искусства, он попросил мать проследить, чтобы не осквернили останки друга мухи и черви.

—Я сделаю все, чтобы стал прекрасней живого умерший Патрокл, — успокоила сына Фетида. — Ты же отправляйся в лагерь и зови на сходку воинов, чтобы перед ними отречься от великого гнева. И зашагал Ахилл вдоль берега моря, зычным голосом сзывая все войско к шатру Агамемнона. Все собирались на зов. И когда воцарилась тишина, Ахилл, положив ладонь на сердце, обратился к Агамемнону:

—Было бы лучше, Атрид, чтобы не было дня, когда мы вскипели враждой из-за девы. Пусть Артемида сразила бы ее своей не знающей промаха стрелой. Многие бы живыми стояли сейчас среди нас. Но о былом вспоминать я не буду. Ныне гнев свой слагаю я перед вами. С места, не выходя в середину собрания, отозвался Агамемнон, понуро стоявший близ своего шатра:

—Прошу мне поверить, ахейцы: в том, что случилось, вины моей нет. Это Зевс и Судьба и с ними презренная Ата меня ослепили. Дева любая не стоит вражды между мужами. И ее возвращаю тебе, Ахилл благородный, вместе с обещанными дарами.

—Не о дарах теперь забота, богоравный Агамемнон, — ответил Ахилл. — Сердце к бою зовет, чтобы мстить за павших!

И, покинув собрание, поспешил Ахилл к палатке, чтобы облечься в доспехи. Затянув на груди сверкающий панцирь, защитив поножами ноги, взял он в руки выпуклый щит и поднял его высоко над головой, так что блеск исходил от щита, словно огонь маяка, пылающего на горной вершине над морем. Надев шлем, герой грозно тряхнул головой и пронзительно свистнул.

Тотчас же подвел к нему Автомедон легконогих коней и поспешно занял свое место на колеснице. Ахилл поместился с ним рядом и обратился к коням:

—Балий и Ксанф! На вас возлагаю надежду. Не оставьте меня бездыханным в бою, как Патрокла!

—Знай, Ахилл, — ответил Ксанф, тряхнув пышной гривой, — невредимым вынесем мы тебя сегодня из боя.

Но гибель твоя недалеко. И не наша это вина, а судьбы всемогущей.

— Скучное ты существо! — усмехнулся Ахилл. — Давно мне известно, что живым из-под Трои мне не вернуться. Но стоит ли думать о том, что предрешила судьба, нас не спросив? Вперед, легконогие кони!

      Смотрите также

      Социальная борьба после изгнания Гиппия. Выступление Клисфена
      После падения тирании в Афинах с новой силой разгорелась социальная борьба. Алкмеониды возглавили наиболее революционно настроенный демос Аттики, который выступал против реакционной знати, стремив ...

      Горы
      Более 80% всей территории материковой Греции покрыто горами. В западной Греции горные цепи подымаются большей частью прямо из моря и побережье здесь почти не имеет удобных гаваней. В восточной час ...

      До Олимпа
      Еще час откровений Гомера не пробил, Европейской гармонии ставших зачатьем, И был космос как свернутый свиток в утробе, Запечатанный темною критской печатью. И бросалась царица в объятия бычьи, О ...