Восстановление демократии в Афинах - Последний период войны - Пелопоннесская война - История Древней Греции - История

Военные успехи афинского флота вновь поставили на повестку дня вопросы конституционного порядка. Диспропорция между громадным удельным весом фетов в армии и их политическим бесправием была тем более резкой, что пользовавшиеся полнотой политических прав афинские гоплиты не осмеливались даже выйти за Длинные стены. Хотя Агис в Декелее и отчаялся в возможности выморить Афины голодом до тех пор, пока морские пути из Понта находились в их руках, но все же именно пелопоннесцы были хозяевами положения в Аттике. Это еще больше подчеркивало военную слабость афинских гоплитов.

Соотношение сил в самих Афинах также изменилось в пользу радикальных демократов. Во время олигархического переворота имущие афинские граждане по их политическим взглядам делились на три группы. Одна из них шла за крайними олигархами, вторая, видевшая своего вождя в Ферамене, поддерживала крайних олигархов. Наконец, третья, довольно многочисленная группа «пассивных» состояла из приверженцев Перикловой конституции; она была дезориентирована разгромом Сицилийской экспедиции и отпадением Ионии и поэтому не противодействовала заговорщикам. Поражение крайних олигархов сбросило их со счетов как активную политическую силу. Группа «пассивных» постепенно переходит к оппозиции Ферамену. Ее поддерживают действия афинского флота, который под руководством Алкивиада одерживает крупные победы. Все это ослабило почву под ногами Ферамена и его сторонников. Поэтому вполне последовательным было требование возвращения к старой Перикловой конституции. Еще в 410 г. до н. э., после победы при Кизике, «народ отнял власть» (Аристотель. Афинская полития, 34, 1) у правительства «Пяти тысяч». Во главе радикального демоса стал владелец мастерской музыкальных инструментов Клеофонт. Клеофонт «первый ввел раздачу двух оболов» всем беднейшим гражданам (там же, 28, 3). Чтобы предоставить работу массам населения, в 409 г. до н. э. было возобновлено крупное строительство Эрехтейона1, законченное, по-видимому, в 406 г. до н. э.

Одновременно со строительством Эрехтейона в эти годы были предприняты другие крупные строительные работы на Акрополе. Общее количество занятых на общественных работах достигало несколько сот человек. Оплата за день равнялась одной драхме (6 оболов). В то же время количество граждан, пользующихся «диобелией» (получавших по два обола), согласно надписи Inscriptiones Graecae, I2, 304 в 410/09 г. составляло всего лишь 240—250 человек ежедневно.

Чтобы избежать опасности нового олигархического переворота, на первом же собрании после восстановления демократии было принято постановление об охране конституции. Это постановление сохранилось в речи Андокида «О мистериях» (§ 96—98). Оно гласит: «Если же кто-либо свергнет демократию в Афинах или же будет исполнять какуюнибудь должность после свержения демократии, он будет считаться врагом государства и будет убит безнаказанно; его имущество будет конфисковано, а десятая часть его передана богине... Все же афиняне должны дать присягу по филам и по демам, что убьют таких людей. Текст присяги будет следующий: «Я убью и словом, и делом, и голосованием и собственноручно, как только сумею, всякого, кто свергнет демократию в Афинах и каждого, кто будет исполнять какую-нибудь должность после свержения демократии, и каждого, кто попытается быть тираном или будет помогать тирану».

Этих мероприятий оказалось достаточно для того, чтобы в Афинах, несмотря на все трудности, сохранились демократические порядки вплоть до установления Лисандром тирании «Тридцати». Количество дней в году и на 2 (обола), получая, таким образом, колоссальные цифры. В действительности, однако, помощь получали не все граждане, а только наиболее нуждающиеся.

После битвы при Кизике Спарта предлагала заключить мир на основании обмена Декелеи

После битвы при Кизике Спарта предлагала заключить мир на основании обмена Декелеи на Пилос и сохранения Афинской архэ в ее границах 410 г. до н. э., но ни победоносный Алкивиад, хозяйничавший в проливах, ни упоенный победами афинский демос не соглашались на мир иначе как только на условиях status quo. Решающую роль сыграла здесь позиция вождя радикалов — Клеофонта, который в эти годы пользовался большой популярностью как за восстановление «диобелии», так и за свою честность. Клеофонт вплоть до конца Пелопоннесской войны ведал финансами Афин. Этот пост был очень ответственным и в мирное время. Тем более сложной была задача Клеофонта, когда государственная казна была пуста, а ему приходилось добывать средства на выплату пособий городской бедноте. И все же Клеофонт справился с этой задачей. В конце войны пособия были даже повышены с 2 до 3 оболов. Необходимо при этом отметить его необычную для древних Афин честность, которую подчеркивает Лисий. «Несмотря на то, что Клеофонт,— пишет Лисий,— как всем нам известно, много лет держал в своих руках управление всеми государственными делами и предполагали, что он от этого управления очень много нажил, после его смерти нигде не оказалось денег, а родственники его и свойственники, которым он мог бы их оставить, по общему признанию, бедные люди» (Лисий, XIX, 48).

Наконец, летом 407 г. до н. э. Алкивиад счел момент подходящим для возвращения в Афины. В то время как на других фронтах афинян постигали неудачи — в 409 г. до н. э. они потеряли Пилос. Алкивиад полностью уничтожил пелопоннесский флот и восстановил власть Афин в проливах. Его приезд произошел в исключительно торжественной обстановке: «Афинские триеры были со всех сторон украшены множеством щитов и добычи; они тянули за собой массу судов, взятых в плен, и увозили еще больше носовых украшений с побежденных и потопленных кораблей. Тех и других было не меньше двухсот» (Плутарх. Алкивиад, 32). Алкивиаду возвратили все конфискованное имущество, торжественно сняли с него проклятие и увенчали золотыми венками. Наконец, он был избран стратегом с неограниченными полномочиями, как единственный человек, способный спасти былое могущество государства. В его руках оказались все вооруженные силы Афин, так как другие стратеги — Фрасибул и Адимант — были избраны по его же указанию (Диодор, XIII, 69).

Ксенофонт и Плутарх ставят вопрос о том, хотел ли Алкивиад стать тираном, и подчеркивают силу его влияния в массах: «Бедняков же и чернь Алкивиад очаровал до такой степени, что они страстно желали сделать его тираном... Но наиболее могущественные из граждан, испугавшись, сильно торопили его с отплытием» (Плутарх. Алкивиад, 34—35). Вряд ли целесообразно рассматривать вопрос о желаниях Алкивиада. Важно то, что весь ход исторических событий ставил на повестку дня тиранию в той или иной форме. Длительная война, исчерпавшая финансы, оторвавшая войско от гражданства и связавшая воинов с их полководцем, в сочетании с сильным социально-экономическим кризисом во всех воюющих государствах, неминуемо должна была усилить тенденции к уничтожению демократических порядков и к установлению тирании.

Еще более важной была эволюция самого афинского демоса. Во время Пелопоннесской войны демос в значительной степени деклассировался. Крестьянство было лишено земли и жило в городе на пособия из государственной кассы. Ремесло и торговля тоже переживали большие затруднения в связи с войной. Наконец, десятки тысяч наиболее преданных сторонников демократических порядков — фетов погибли в Сицилии и во время других неудачных военных операций. Так таяла социальная база демократического строя. Деятельность Алкивиада и немного позже Лисандра была выражением того же периода разложения классического полиса и вызревания новых политических форм, провозвещавших эллинизм.

      Смотрите также

      Троя
      Крупным очагом культуры в III—II тысячелетиях до н. э. была Троя. Город Троя находился на северозападном побережье Малой Азии в 25—30 км от устья Босфора Фракийского. Холм (современный Гиссарлык), н ...

      Расходы Афинского государства
      Расходы на жертвоприношения и на праздники поглощали значительную часть государственного бюджета. В Афинах праздников было больше, чем в каком-либо другом полисе. В 410—409 гг. до н. э. на праздно ...

      Позднейшая колонизация Запада
      В период ранней колонизации Италии и Сицилии западное побережье Балканского полуострова не было заселено. Лишь во второй половине VII в. до н. э. с развитием коринфской торговли здесь возникает ря ...