163. Гнев Ахилла - Троянская война - Мифы Древней Греции Р. Грейвс - Литература

Шла зима, и, поскольку среди культурных народов в это время года воевать было не принято, греки проводили время, укрепляя лагерь и практикуясь в стрельбе из лука. Иногда они встречались с троянской знатью, приходившей в храм Фимбрейского Аполлона, который считался нейтральной территорией. Однажды, когда Гекаба совершала в нем жертвоприношения, явился Ахилл и влюбился без памяти в ее дочь Поликсену. Поначалу он промолчал о своем чувстве, но, вернувшись в свою хижину и испытывая душевные муки, он послал галантного Автомедона спросить у Гектора, на каких условиях он может жениться на Поликсене. Гектор ответил: «Скажите, что она станет принадлежать ему в тот же день, как он передаст греческий лагерь в руки моего отца Приама». Ахилл уже был готов принять условие Гектора, но тут ему сообщили, что если он не пойдет на предательство, то пусть поклянется, что убьет своего двоюродного брата Большого Аякса и сыновей афинянина Плисфена, и он скрепя сердце отказался от своих замыслов.

b. Пришла весна, и боевые действия возобновились. В первой же схватке Ахилл бросился на поиски Гектора, но бдительный Гелен пронзил ему руку стрелой, пущенной из лука, сделанного из слоновой кости, подарка Аполлона, и вынудил его оставить поле боя. Сам Зевс направил эту стрелу. Потом ему захотелось облегчить положение троянцев, совсем павших духом от набегов греков и сокращения числа союзников в Азии. Он наслал на греков чуму и, кроме того, поссорил Ахилла с другими вождями. Поэтому, когда Хрис явился выкупать Хрисеиду, Зевс заставил Агамемнона прогнать его бранными словами, а Аполлон, к которому воззвал Хрис, мстя за своего жреца, расположился около кораблей, день за днем пуская в стан греков смертоносные стрелы. Умирали сотнями, хотя, так уж получилось, никто из царей и царевичей не пострадал. На десятый день Калхас узнал о присутствии бога. По его настоянию Агамемнон нехотя отправил Хрисеиду ее отцу с умилостивительными дарами, но решил восполнить потерю, забрав у Ахилла Брисеиду, доставшуюся тому при дележе добычи. Разгневанный Ахилл объявил, что больше не будет участвовать в войне, а его мать Фетида явилась к Зевсу, и тот обещал все уладить. Некоторые, правда, говорят, что Ахилл вышел из войны, чтобы показать свое расположение Приаму как отцу Поликсены.

c. Когда троянцы узнали, что Ахилл и его мирмидонцы оставили поле боя, они воспрянули духом и совершили смелую вылазку. Перепуганный Агамемнон согласился на перемирие, во время которого Парис и Менелай должны были сразиться за обладание Еленой и украденными сокровищами. Поединок, однако, ничем не закончился, потому что Афродита, видя, что Парис «попал в переплет», окутала его волшебным облаком и доставила назад в Трою. После чего Гера отправила Афину, чтобы прервать перемирие. Для этого Пандар, сын Ликаона, должен был пустить стрелу в Менелая. Одновременно Гера заставила Диомеда убить Пандара и ранить Энея и его мать Афродиту. Главк, сын Гипполоха, теперь противостоял Диомеду, но оба в знак дружбы, которая некогда связывала их отцов, галантно обменялись оружием.

d. Гектор вызвал Ахилла на поединок, а когда Ахилл ответил, что он больше не воюет, греки вместо него решили выставить Большого Аякса. Эти два воина сражались без отдыха до наступления темноты, а когда их развели, каждый как мог восхвалял ловкость и отвагу другого. Аякс подарил Гектору «блистающий пурпуром пояс», за который повлекут его бездыханное тело, а Гектор вручил Аяксу «среброгвоздный» меч, которым он в будущем совершит самоубийство.

e. Во время заключенного перемирия греки соорудили над телами погибших огромную насыпь, а на ней — стену, за которой устроили глубокий, обнесенный частоколом ров. Но они не стали умилостивлять богов, поддерживавших троянцев, и когда сражение возобновилось, то оказались оттесненными за ров и стену. Той ночью троянцы стали лагерем близ греческих кораблей.

f. В отчаянии Агамемнон отправил Феникса, Аякса, Одиссея и двух вестников, чтобы задобрить Ахилла бесчисленными дарами и обещанием возвратить Брисеиду (при этом оба должны были поклясться, что она еще девственница), если он только вновь вступит в войну. Нужно сказать, что Хрис к тому времени вернул свою дочь, которая считала, что греки с ней обходились очень хорошо, и хотела остаться с Агамемноном. К тому времени она была беременна и в срок родила Хриса-второго, в отношении отца которого имелись сомнения. Ахилл приветствовал всех пришедших милой улыбкой, но от их даров отказался и объявил, что следующим утром отплывает домой.

g. Той же ночью, примерно во время третьей стражи, когда луна была высоко, Одиссей и Диомед, воодушевленные благоприятным знаком, полученным от Афины — цаплей по правую руку от себя, — решили напасть на троянцев. Сразу же они столкнулись с Долоном, сыном Евмела, которого противник послал в дозор. Силой получив от него нужные сведения, они перерезали ему горло. Затем Одиссей спрятал в кустах тамариска хорьковую шапку Долона, плащ из волчьего меха, лук, копье и поспешил с Диомедом к правому флангу троянцев, где, как они узнали, стал лагерем фракиец Рес. Его называют сыном музы Евтерпы или Каллиопы от Эйонея, Ареса или Стримона. Бесшумно убив Реса и двенадцать его спящих товарищей, они увели принадлежавших ему прекрасных, белоснежных лошадей, про которых говорили, что те быстрее ветра. Не забыли они на обратном пути и лежавшую в кустах добычу. Захват лошадей Реса имел огромное значение, поскольку оракул предсказал, что Троя останется неприступной, если этим лошадям дадут троянского корма и напоят из реки Скамандр, но ни того, ни другого люди Реса сделать не успели. Когда оставшиеся в живых фракийцы проснулись и увидели, что их царь Рес убит, а его лошади исчезли, они в страхе бежали, и греки перебили почти всех бегущих.

h. На следующий день, однако, после жаркой схватки, в которой Агамемнон, Диомед, Одиссей, Эврипил и врачеватель Махаон получили ранения, греки обратились в бегство, а Гектор разрушил их стену. Вдохновленный Аполлоном, он устремился к греческим кораблям и, несмотря на то, что двум Аяксам и Идоменею помогал Посейдон, прорвал оборону греков. В этот момент ненавидевшая троянцев Гера позаимствовала у Афродиты волшебный пояс и увлекла Зевса на супружеское ложе. Благодаря этой уловке Посейдону удалось переломить ход сражения в пользу греков. Но Зевс, быстро распознавший уловку Геры, оживил Гектора, которого Аякс чуть не убил огромным камнем, повелел Посейдону покинуть поле боя и вернул троянцам их отвагу. Те снова пошли вперед, при этом Медон убил Перифета, сына Копрея, и многих других воинов.

i. Даже Большой Аякс вынужден был отступить, а Ахилл, увидев, что корабль Протесилая подожжен троянцами и с кормы охвачен огнем, позабыл все обиды и поспешил со своими мирмидонцами на помощь Патроклу. Патрокл метнул копье в гущу троянцев, собравшихся вокруг корабля Протесилая, и пронзил царя пеонов Пирехма. Троянцы, перепутав его с Ахиллом, бежали, а Патроклу удалось потушить огонь и спасти по крайней мере нос корабля. Тогда же от его руки пал Сарпедон. Хотя Главк пытался сплотить вокруг себя ликийцев и не позволить грекам снять с тела Сарпедона доспехи, Зевс дал Патроклу возможность оттеснить троянцев к городу, причем первым покинул поле боя Гектор, получивший ужасную рану от Аякса.

j. Греки сняли с Сарпедона доспехи, но, по велению Зевса, Аполлон вынес тело, подготовил его к погребению, а потом Сон и Смерть отнесли его в Ликию. Тем временем Патрокл продолжал наступать и один бы взял Трою, если бы Аполлон не соорудил стену и трижды не отбросил его щитом, когда тот пытался перелезть через нее. Бой продолжался до темноты, под покровом которой Аполлон, закутавшись в плотный туман, подкрался сзади к Патроклу и нанес ему удар между лопаток. Глаза Патрокла вылезли из орбит, шлем свалился, копье разлетелось на мелкие кусочки, а щит упал наземь. С мрачной улыбкой Аполлон снял с него латы. Эвфорб, сын Панфоя, видя, что случилось с Патроклом, нанес ему еще одну рану, не боясь ответного удара; Патрокл еще пытался идти, когда вернувшийся в бой Гектор разделался с ним одним ударом.

k. Поспешивший к этому месту Менелай убил Эвфорба — про которого, кстати, говорится, что через несколько веков он воплотился в философа Пифагора, — а всю доставшуюся добычу с важным видом отнес в свой шатер, позволив Гектору снять с Патрокла доспехи. Менелай и Большой Аякс появились уже вдвоем и до вечера защищали тело Патрокла, а с наступлением темноты отнесли его к кораблям. Узнав о гибели Патрокла, Ахилл стал кататься в пыли и впал в состояние глубокой печали.

l. Фетида вошла в шатер сына с новыми доспехами, включая дорогие поножи из олова, спешно изготовленные Гефестом. Ахилл надел доспехи, помирился с Агамемноном, который вернул ему девственную Брисеиду, поклявшись, что взял ее из-за гнева своего, а не похоти ради. Теперь Ахилл был готов мстить за Патрокла. Никто не мог устоять против его гнева. Троянцы дрогнули и бежали к Скамандру. Здесь Ахиллу удалось разделить троянское войско, половину которого он погнал через долину к городу, а вторую половину — к излучине реки. Бог реки в гневе бросился на него, но Гефест принял сторону Ахилла и высушил реку испепеляющим пламенем. Оставшиеся в живых троянцы возвратились в город, как стадо испуганных оленей.

m. Когда Ахилл, наконец, встретился с Гектором и сошелся с ним в поединке, обе враждующие стороны разошлись и смотрели на сражающихся. Гектор повернулся и побежал вдоль городской стены. Он надеялся таким образом измотать Ахилла, который долго бездействовал и должен был скоро выдохнуться от бега. Однако он ошибся. Ахилл трижды обежал вокруг стены, преследуя Гектора, и каждый раз, когда Гектор пытался спрятаться за ворота, где ему могли прийти на помощь братья, Ахилл гнал его дальше. Наконец Гектор остановился, чтобы встретить Ахилла, но тот нанес ему удар в грудь и отказал в последней просьбе — позволить выкупить его тело для погребения. Завладев его доспехами, Ахилл проколол сухожилия у пяток Гектора, продел в них кожаные ремни, привязал их к колеснице и, подгоняя кнутом Балия, Ксанфа и Педаса, погнал колесницу, волоча тело убитого к кораблям. Голова Гектора и его черные разметавшиеся кудри поднимали облако пыли. Некоторые, правда, говорят, что Ахилл протащил тело трижды вокруг городских стен, волоча его за перевязь, подаренную Гектору Аяксом.

п. Ахилл начал церемонию погребения Патрокла. Пять знатных ахейцев отправились на гору Ида в поисках дров для погребального костра, на котором Ахилл принес в жертву не только лошадей и две принадлежавших Патроклу своры собак по девять в каждой, но и двенадцать знатных троянских пленников, среди которых было несколько сыновей Приама, перерезав им горло. Он даже грозился отдать тело Гектора на съедение остальным собакам Патрокла, но Афродита удержала его от этого шага. На погребальных играх в честь Патрокла Диомед выиграл состязания колесниц, а Эпей, известный своими коварными приемами, стал победителем в кулачном бою. Аякс и Одиссей победили в борьбе.

о. Все еще продолжая печалиться, Ахилл каждое утро вставал на рассвете и трижды протаскивал за своей колесницей тело Гектора вокруг могилы Патрокла. Но Аполлон предохранил тело от разложения и увечий, и, наконец, по велению Зевса, Гермес привел Приама в греческий лагерь, когда опустилась тьма, и уговорил Ахилла принять выкуп. Приам проявил себя великодушным по отношению к Ахиллу, которого он застал спящим в шатре и мог легко умертвить. Выкуп определили в такое количество золота, сколько весил Гектор. Для этого греки у городских стен установили весы, на одну чашу которых положили тело Гектора, а на другую предложили троянцам насыпать золото. Когда в сокровищнице Приама уже не осталось слитков и драгоценных камней, а тело покойного перевешивало, Поликсена, которая наблюдала за всем со стены, бросила вниз свои браслеты и тем самым дополнила недостающий вес. Восхищенный Ахилл сказал Приаму: «Я с радостью обменяю Гектора на Поликсену. Оставь свое золото, но пожени нас, а если ты еще вернешь Менелаю Елену, то я берусь помирить твой и наши народы». Приам уже смирился с тем, что отдаст за Гектора обещанное количество золота, но добавил, что отдаст Поликсену Ахиллу просто так, если он убедит греков отплыть без Елены. Ахилл ответил, что сделает все, что может, и Приам забрал тело Гектора для погребения. На похоронах троянцы устроили такой громкий плач, а греки так старались ревом и визгом заглушить его, что пролетавшие над ними в это время птицы падали от невыносимого шума.

p. По велению оракула останки Гектора в конце концов отправили в беотийские Фивы, где до сих пор можно увидеть его могилу у источника Эдипа. Некоторые приводят такие слова оракула:

«Фивяне, в граде живущие древнего Кадма, внемлите:

Если хотите вы жить на родине в полном довольстве.

Кости Гектора, сына Приама, из Азии взявши

В дом свой, по Зевса веленью его как героя почтите».

Говорят также, что, когда в Греции разразилась чума, Аполлон повелел перезахоронить останки Гектора в каком-нибудь знаменитом греческом городе, который не принимал участия в Троянской войне.

q. Есть и такое предание, по которому Гектора называют сыном Аполлона, убитого амазонкой Пентесилеей.

Диктис Критский III.1—3.

Птолемей Гефестион VI; Диктис Критский III.6; «Киприи». Цит. по: Прокл. Хрестоматия I.

Гомер. Илиада I.10 и сл.; Диктис Критский II.30.

Гомер. Цит. соч. III.253—255; IV.1—129; V.1—417 и VI.119—236.

Атеней. I.8; Гомер. Цит. соч. VII.205—305; Гигин. Мифы 112.

Гомер. Цит. соч. VII.436—450 и VIII.

Диктис Критский II.47; Гигин. Цит. соч. 121; Гомер. Цит. соч. IX.

Сервий. Комментарий к «Энеиде» Вергилия. I.473; Аполлодор I.3.4; Гомер. Цит. соч. X.

Сервий. Цит. соч.; Диктис Критский II.45—46.

Гомер. Цит. соч. XI и XII.

Гомер. Цит. соч. XII-XIV.

Диктис Критский II.43; Гомер. Цит. соч. XVI.

Гигин. Цит. соч. 112; Филострат. Жизнь Аполлония Тианского I.1 и Диалог о героях 19.4; Павсаний II.17.3; Гомер. Цит. соч. XVII.

Диктис Критский II.48—52; Гомер. Цит. соч. XVIII-XIX.

Гомер. Цит. соч. XXI.

Гомер. Цит. соч. XXII.

Гигин. Цит. соч.; Вергилий. Энеида I.487; Диктис Критский III.12—14; Гомер. Цит. соч. XXIII.

Гомер. Цит. соч. XXIV.

Сервий. Цит. соч. I.491; Дарес 27; Диктис Критский III.16 и 27.

Павсаний IX.18.5; Цец. Схолии к Ликофрону 1194.

Стесихор. Цит. по: Цец. Цит. соч. 266; Птолемей Гефестион. VI. Цит. по: Фотий, с. 487.

1. Согласно Проклу («Хрестоматия» 99.19—20), Homerus означает «слепой», а не «заложник», как это слово переводилось обычно. Пение было обычным занятием слепых, поскольку слепота и одухотворенность часто совпадали (см. 105.h). Споры вокруг личности Гомера идут уже две с половиной тысячи лет. В древности его довольно убедительно считали ионийцем с острова Хиос. Клан Гомеридов, т.е. «сыновей слепца», которые пересказывали традиционные гомеровские поэмы и постепенно превратились в сообщество певцов (Схолии к «Немейским одам» Пиндара II.1), обосновался на острове Делос, считавшемся центром ионийского мира и островом, где пел сам Гомер («Гимн к Аполлону Делосскому» III.165—173). Отдельные части «Илиады» можно датировать X в. до н.э. Эпос рассказывает о событиях XII в. до н.э. К VI в. до н.э. из-за неустойчивой устной традиции текст стал искажаться. Поэтому афинский правитель Писистрат приказал четырем известным ученым пересмотреть и исправить текст. Ученые скорее всего хорошо справились с работой, но, поскольку к Гомеру часто обращались при решении споров между городами, враги Писистрата обвинили его в том, что он по политическим соображениям искажал стихи (Страбон IX.1.10).

2. Двадцать четыре песни «Илиады» выросли из поэмы «Гнев Ахилла», которую, вероятно, рассказывали за один вечер. В ней говорилось о ссоре между Ахиллом и Агамемноном из-за желания обладать пленной царевной. Нет оснований считать, что текст, повествующий об основных событиях, претерпел значительные изменения с момента его создания. Однако ссоры выглядят столь безнравственными, а все предводители греков ведут себя столь вероломно, предательски и постыдно, а троянцы, наоборот, столь примерны, что можно не сомневаться, на чьей стороне находятся симпатии автора. Унаследовав традиции минойских придворных певцов, автор оказывается ближе душой к былой славе Кносса и Микен и чувствует себя неуютно у походных костров пришедших с севера варваров.

Гомер честно описывает жизнь своих новых властителей, которые присвоили себе древние религиозные титулы, вступив в браки с наследницами племенных традиций, и, хотя и называет их божественными, мудрыми и благородными, питает к ним глубокое отвращение. Они живут, сражаясь, и умирают, сражаясь, презирают любовь, дружбу, верность и мирные ремесла. Они почти не придают никакого значения именам богов, которыми клянутся, и автор в их присутствии позволяет себе подшучивать над жадностью, коварством, сварливостью, распутством и трусостью олимпийских богов, которые все поставили с ног на голову в этом мире. Гомера можно было бы воспринимать как несчастного человека, лишенного религиозных чувств, если бы он совершенно явно не являлся тайным поклонником азиатской Великой богини, которую греки унизили в этой войне, и не скрывал тепла и благородства своей натуры, описывая семейную жизнь во дворце Приама.

3. Истеричное поведение Ахилла, когда он узнал о смерти Патрокла, должно было поразить Гомера, но он облек все варварство погребального обряда в псевдогероические слова, уверенный, что его властители не разглядят едкость его сатиры. Однако направленность сатиры в «Илиаде» оказалась несколько затушеванной в связи с тем, что Гомеридам нужно было выказывать почтение богам, которым поклонялись на Делосе. Поэтому Аполлон и Артемида оказывают поддержку троянцам и являют собой образец благородства и благоразумия, в отличие от богов, поддерживавших греческий лагерь. После того как греческие города стали воспринимать «Илиаду» как национальный эпос, никто уже не мог серьезно относиться к олимпийской религии. Греки не преодолели варварства своей морали, если не считать тех мест, где сохранился критский культ мистерий и мистагог требовал от посвящаемого предъявить доказательства его хорошего поведения. Хотя Великая богиня и оказалась официально в подчинении у Зевса, она продолжала оказывать большое духовное влияние на Элиду, Коринф и Самофракию вплоть до того времени, когда ее мистерии были искоренены первыми византийскими императорами. Лукиан, любивший Гомера и занявший его место как главный критик олимпийской религии, тоже поклонялся богине, которой пожертвовал пряди своих волос в Гиераполе.

4. Считалось, что останки Гектора были перенесены в Фивы из Трои, однако «Гектор» — это титул фиванского царя-жреца, который принадлежал ему еще до Троянской войны. Когда правление царя кончалось, его ждала обычная судьба — он должен был погибнуть под обломками колесницы, как Главк (см. 71.a), Ипполит (см. 101.g), Эномай (см. 109.g) и Абдер (см. 130.b).

      Смотрите также

      Греция не избежит банкротства без помощи ЕС и МВФ, заявил Папандреу
       Греция не сможет избежать дефолта, если не согласится на реформы в обмен на кредитную помощь ЕС и МВФ, заявил в четверг премьер-министр страны Йоргос Папандреу. "Либо мы примем и реализуем ...

      Заклятое золото
      И заняли Кадм с Гармонией царский дворец. Одна за другой рождались у них дочери — Автоноя, Агава, Семела, Ино, а затем и сын Полидор. Но не дали боги царской чете и семейству счастья. Причиной бед ...

      Раскопки на Делосе
      Делос — бесплодный скалистый остров, лежащий в центре группы Кикладских островов. Знаменитый в древности своим святилищем Аполлона, остров процветал благодаря оживленной торговле. Исследования Дел ...