До Олимпа - Мифы и легенды Древней Греции - Мифы

Еще час откровений Гомера не пробил, Европейской гармонии ставших зачатьем, И


Еще час откровений Гомера не пробил, Европейской гармонии ставших зачатьем, И был космос как свернутый свиток в утробе, Запечатанный темною критской печатью.

И бросалась царица в объятия бычьи, От соитья со зверем не ведая срама, И царил над людьми не закон, а обычай, И боги в пещерах рождались — не в храмах.

И Олимп зарождался Сатурнов, без буден, И горячую землю топтали кентавры, И державно тряслись обнаженные груди Над распростертым в пыли Минотавром.

До того как сложились представления о высших богах, занявших подзвездный Олимп, у предков греков, как и у других обитателей земли, живших родами и племенами, существовала вера в земные существа, порожденные Небом, Морем, Землей и делившиеся на отдельные родовые группы. Эти создания на первоначальной стадии не имели определенного облика и представлялись бесплотными, но очень опасными и влиятельными существами. Затем, когда боги в сознании людей приобрели человеческий облик, духи (или демоны, как их называли греки) заимели женский и мужской пол, облик, приятный или отталкивающий, в зависимости от той среды, в которой они обитали, разделились по родам «братьев» или «сестер». Новое религиозно-мифологическое сознание с его представлениями о высших и низших: царях и подданных, господах и рабах — превратило порождения природы в слуг или свиту высших богов. Эти высшие боги разрушали их первоначальное единство, выхватывая одно или другое женское существо и делая его матерью других богов и героев, а некоторых перенося на Олимп.

В этой греческой путанице ученым было бы очень трудно разобраться, если бы в подобных существ не верили и другие народы, независимо от того, существовал у них свой собственный Олимп или он еще не сложился. В римской мифологии это лары, пенаты, лемуры, фавны и другие безликие «множества», о большей части которых римляне даже не знали, мужчины они или женщины, и, благочестиво принося им жертвы, спешили пояснить, чтобы не обидеть никого из демонов: богу или богине, мужчине или женщине. В славянской мифологии такого рода демонам соответствовали лешие, домовые, русалки; в германо-скандинавской — дисы, альвы, асы, ваны; в литовской — кауки, раганы, мани; в тибетской одним из подобных демонов был йеху, «снежный человек», встречи с которым безрезультатно ищут современные фантазеры (попробуйте найти в лесу лешего!).

Демоны природы считались дружественными или враждебными людям, как сама природа, частью которой они являлись. Эти существа виделись лукавыми и мудрыми, игривыми и коварными, добрыми и жестокими. Они могли то выручать людей из беды, то их преследовать, даже воевать друг с другом, как кентавры и лапифы в греческой мифологии, боги и асуры в древнеиндийской или асы и ваны в германской.

С разрушением родоплеменного общества, ростом богатства и вместе с ним индивидуализма из множества демонов стали выделяться такие, чей облик становился не менее определенным, чем у олимпийских богов. Так, из силенов выделился один Силен, нереиды обрели отца Нерея, продолжая оставаться «множеством» морских дев.

Таков в самых общих чертах процесс развития воображаемого мира демонов до их подчинения высшим божествам. Этими высшими божествами первоначально были еще не олимпийские богини, а богини природы, прежде всего Земля, которую никто не поднимал на Олимп. Она была, как мы помним, враждебна ему, посылая против олимпийцев титанов и гигантов. В текстах слогового линейного письма 11 тысячелетия до н. э. она известна под именами Диктина, Илифия, Атана, Потния. Последнее означало — «владычица» и могло относиться к любой из этих богинь. Археологически следы почитания этой богини-владычицы уводят в VII тысячелетие до н. э. Такой же глубокой уверенностью обладала древность, что у богини-матери был находящийся на вторых ролях супруг, но им был не Зевс, а сначала Уран, затем Посейдон, объявленный впоследствии братом Зевса. Ныне мы с уверенностью можем сказать, что это был «старший брат», родившийся задолго до того, как возникло представление об Олимпе.

    Смотрите также

    Смерть Ахилла
    Влага Стикса закалила Дикой силы полноту, И кипящего ААхилла Бою древнему явила Уязвимым лишь в пяту. Евгений Баратынский Как и было предсказано, не надолго Ахилл пережил Гектора. Зная о скорой ко ...

    Вопрос о первоначальном поселении дорян
    Вопрос о первоначальной родине дорийских пле-Северной Греции в качестве их древнейшего поселемен является весьма сложным и запутанным. Антич-ния, причем подчеркивают отсутствие у дорян прочные авт ...

    114. Суд над Орестом
    Микенцы, поддержавшие Ореста в его неслыханном поступке, не позволили захоронить тела Клитемнестры и Эгисфа в черте города, а только за городской стеной. Той же ночью Орест и Пилад остались сторожит ...